|
Ко мне приехала гостья из Москвы, преподавательница одного из российских вузов. Я водила ее по городу, показывала достопримечательности. Наконец мы дошли до здания Института рукописей Национальной академии наук. Я говорю ей, мол, в этом здании была открыта первая на Востоке мусульманская женская школа. Моя приятельница осматривает дом, читает размещенные на фасаде здания мемориальные доски. На одной написано – Дом-музей поэта Гусейна Джавида. Другая сообщает, что в этом здании в 1918-20 годах проводились заседания парламента АДР. И ни одного слова о том, что здесь по инициативе председателя попечительского совета Гаджи Зейналабдина Тагиева в 1901 году была открыта первая школа для девочек-мусульманок. И что на ее открытие он потратил почти полмиллиона золотых рублей, включая дорогие подарки жене Николая второго – Александре Михайловне, командировки духовных лиц в святые места – Мекку и Медину к лидерам тогдашних мусульманских глав для получения разрешения на создание школы и т.д. И некий француз по имени Дю Бай в книге, изданной в те годы в Париже, назвал первую мусульманскую женскую школу в Баку непостижимым чудом. Трудно переоценить значение этой школы в развитии образовательного процесса в Азербайджане. Это был первый мощный толчок на пути к знаниям. Почему же мы сегодня не воздаем должное деяниям Зейналабдина Тагиева? Почему нет на стене здания Института рукописей мемориальной доски, почему нет музея образования или хотя бы экспозиции в одном из залов института, повествующей о том, что именно здесь наши матери, сестры становились образованными женщинами?
* * *
В последние годы в Баку появились сотни роскошных частных особняков. На некоторых из них есть даже вензеля. И это хорошо: со временем, когда эти дома станут памятниками архитектуры, люди смогут узнать, кто их возвел. Но дома, выстроенные в начале XX века, уже сейчас являются гордостью нашей столицы. Из литературных источников известно, что большинство их было построено нефтяными магнатами, в частности, Гаджи Зейналабдином Тагиевым. Однако о литературных источниках знают не все. Рядовой прохожий, проходя по городу, может так и не узнать кто выстроил школу для девочек-мусульманок, здание нынешнего Института рукописей, дворец на улице Мамедалиева, здание театра Музкомедии, пятиэтажное здание мельницы, мечети, типографию и десятки других домов, имеющих ныне статус памятников архитектуры. Все это выстроил Тагиев. И давно пришло время воздать должное этому великому человеку, оставившему о себе память в виде великолепных образцов архитектуры.
Мне удалось встретиться и побеседовать с правнуком Зейналабдина Тагиева, главным инженером Конструкторского бюро НАНА Фуадом Абдуллаевым. Он сказал:
Зейналабдин Тагиев в первую очередь мечтал поднять уровень образования своего народа. Будучи неграмотным, он всегда стремился к знаниям и помогал в этом другим. Он помогал получить образование не только азербайджанцам, но и представителям других наций. Ежегодно он отправлял 20 человек на учебу в различные страны мира.
У него был заведен порядок: каждый день в течении 4 часов его помощники-переводчики читали ему газеты и журналы на арабском, персидском, русском языках. И таким образом, будучи необразованным, он был в курсе всех интересных событий, происходивших в мире. И отсюда же он черпал свои меценатские идеи. Основная его деятельность была направлена на помощь народу внутри страны. Но в то же время он помогал всем, кто нуждался в этом, и за рубежом. К примеру, когда газета «Хаблул метин», выходившая в Индии, из-за материальных затруднений была вынуждена приостановить свое издание, Тагиев помог ей встать на ноги, ссудив значительную сумму. Он протягивал руку помощи не только своим соплеменникам, но и представителям интеллигенции в Иране, Турции, Египте, России. Обо всем этом подробно рассказал в своих работах исследователь истории дней минувших Манаф Сулейманов. Вообще же мой прадед был как известно промышленником. Родился он в 1823 году, прошел трудовой путь от каменщика до нефтепромышленника. Вначале, точнее в первую половину жизни, он был представителем мелкой буржуазии, имел лавки, мануфактуру, то есть был достаточно успешным человеком, но не более. Но после 1878 года, когда на арендуемом им участке в Биби Эйбате забила нефть, все изменилось. Самое интересное то, что стал он миллионером в …55 лет! То есть в возрасте, когда другие постепенно сворачивают жизненный цикл, карьерный рост. Но стоило появиться нефти, и статус Зейналабдина Тагиева резко возрос. В 55 лет у него как бы открылось второе дыхание. То что было заложено в нем природой – его великая доброта, доброе отношение к людям – расцвело пышным цветом. Хотя, собственно, он всегда был одним из почитаемых людей, к нему обращались за помощью и советом. «Я получил от отца доброту и ласку и хочу передать эту ласку и доброту людям», – признается он впоследствии. К тому же он был человеком религиозным, что тоже было важно, возглавлял религиозную общину. Таким образом, все сводилось к тому, что он подошел к своему взлету человеком с позитивными качествами.
И когда резко возросли его возможности, то пошли и большие успехи. Это был сам по себе человек, от природы наделенный подвижным умом. Ведь и в тот период была очень сильная конкуренция – были и Нобели, Ага Муса Нагиев, Муртуза Мухтаров и другие. Практически, до 1878 года было не так уж и дорого купить десятину земли и проводить на ней бурение. Но позднее земля стала стоить сотни тысяч. Для успешного ведения своих дел надо было обладать природным умом и дарованием. И он обладал ими в полной мере. И – выстоял. Жена – Сона-ханум, старшая дочь – Лейла, затем Сара- ханум – моя родная бабушка, сыновья – Мамед Таги , Мамед Гияс и младшая дочь – Сурая. Ко второму браку он подошел в возрасте 73 лет. Итак, он уже промышленник, удачный семьянин, меценат. И жизнь его течет бурно и счастливо вплоть до 1920 года, до советизации. И только последние 4 года жизни стали для него тяжелыми.
Но до этого он успел сделать очень много. Причем, абсолютно не кичась своим богатством.
В сейфе у него лежал топор, как напоминание о временах, когда он был простым строителем. И в наше время есть уже достаточно много богатых людей. Но они богаты для себя. Не раз я становился свидетелем того, как нуждающийся человек обращался к ним и выходил от них с пустыми руками. Нынешние богатые не торопятся помогать беднякам. А если перечислить то, что сделал Тагиев, то список будет довольно внушительным. А между тем в 3-ем томе истории Азербайджана (издание 1960г), выпущенном в советское время, написано, что Тагиев, чтобы не допустить революции, на образовательные цели выделял мизерные суммы. Это была ужасная и несправедливая ложь. Тагиев выделял на образование гораздо больше денег, чем государство. Однако в советском Азербайджане его деятельность либо замалчивалась, либо полностью искажалась. Даже могилу его с трудом нашли. Да и то только потому, что существовало устное его завещание с просьбой похоронить его у ног ахунда Абу Тураба, предсказавшего ему возможность перемены судьбы. А бюст ему – человеку, сделавшему для Азербайджана колоссально много, поставили только в 1989 году. Вся история человечества свидетельствует о том, что благодарных людей – и это относится также и к государствам – мало. Помните, когда пейгамбер Иса (Иисус Христос) хотел доказать свое божественное происхождение, он стал творить чудеса – дотронулся до прокаженного и он выздоровел, хромой – побежал и т.д. Из 10 человек, которым он помог, только трое возвратились и сказали ему «спасибо». Что ж… Такова природа человека. Благодарных людей на свете мало, как мало и тех, кто умеет сопереживать другим. Тагиев обладал этой чертой. В нем удачно совпали такие черты характера, как доброта, щедрость и умение сопереживать. И потому, при наличии денег, он сумел сделать для людей так много. И основное свое внимание обратил на просвещение нации. Он прекрасно понимал, что если не вырвать корни невежества и не посадить деревья познания, то цивилизованного общества не будет. А для Азербайджана, страны, находящийся на окраине царской империи, было очень важно, что бы народ его никто не называл «диким», что бы он стал современным и цивилизованным. И потому приоритетом благотворительности Тагиева было образование. Приведем некоторые примеры: в 1 894 году он строит в Мардакянах и Бузовнах школу садоводства и земледелия на 50 человек. Еще четыре школы берет на свое полное попечительство, оказывает содействие школе для сирот «Святой Нины» в Гяндже.. Помимо этого содержит две школы в Иране. При своей текстильной фабрике открывает молодежную школу, строит театр.
А что касается Бакинского Александрийского училища для девочек-мусульманок, то эта школа совершила переворот в сознании народа. Тагиеву удалось преодолеть все преграды и в 1901 году открыть эту школу. Вначале училище было 4-х леткой, затем 6-ти леткой, затем стало уже учебным заведением с высоким статусом. Женщины, окончившие это учебное заведение, впоследствии активно участвовали в общественной жизни страны, становились видными деятелями культуры и просвещения. Вы только посмотрите, как все обернулось. Он сделал для своего народа так много хорошего, а весь его род уничтожили. Его жена Сона-ханум, нищенкой умерла на улицах Баку, его сын скончался в сумасшедшем доме, и мою бабушку – Сару-ханум тоже периодически упекали в сумасшедший дом. Ее мужа Зейналбека Селимханова расстреляли в Узбекистане, ее внучку Софию-ханум вместе с детьми выслали за пределы Родины. Почему? Я изучал этот вопрос. И мне кажется, нашел ответ. Тагиев никогда не вмешивался в политику, но однажды, после развала царской России, в 1917 году, он решил помочь мусульманам Кавказа в создании Терско-Дагестанской республики. Возможно, он считал, что создание этого государства будет на пользу Азербайджану. Однако коммунистический режим сепаратизма не прощает. Мусульмане Кавказа, Дагестана, Калмыкии хотели выйти из состава царской России. Но для этого нужны были деньги. И тогда их представители обратились к Тагиеву с просьбой о помощи. И он помог… на свою голову. Погорел не только сам, но и весь его род...
Когда я говорю об увековечении памяти Тагиева, то многие усматривают в этом стремление получить наследство в виде тех домов, которые он когда-то построил. Поверьте, это не так. К тому же у нас нет закона о реституции. Это закон, по которому передается наследникам все, что их предки заработали. В Прибалтике этот закон существует. Здесь такого закона нет, но все равно почему-то усматривается тайный умысел – получить наследство.
Причем тут наследство, если я хочу показать, людям, как начался образовательный процесс в Азербайджане и кто дал этому первый толчок. Впервые на Востоке была создана Тагиевым женская мусульманская школа. Это ведь не шутка? И когда, после открытия школы, стала наблюдаться нехватка профессиональных педагогов, он открывает на полном своем содержании двухгодичные курсы педагогов. Таким образом, Зейналабдин Тагиев активно участвовал именно в процессе народного образования. И поэтому его до сих пор любят и помнят в народе.
|
|
