|
* * *
…Ах, какой нелепый коверный –
на доспехи кроит картон,
забывает, что мир коварен
и открытую тянет ладонь.
Вот опять заслужил оплеуху –
рукоплещет зрительский круг,
и товарищ уводит подругу –
сколько их увели, подруг!..
А поэт – это тот же коверный,
то ль играет, то ли всерьез
в каждой строчке своей умирает,
к каждой строчке кожей примерз.
Отдерешь – кровь прольется рекою.
Или, все-таки, клюквенный сок?..
Ты, коверный, играешь с судьбою,
как электрик, включающий ток.
Всё равно как судьба отзовется
и куда нас потом повернет –
балаганчик от смеха трясется,
балаганчик от плача трясет.
Два стихотворения о любви
1
Вдвоём уединились,
пьёт свет её очей –
Влюблённому нет дела
до прочих мелочей:
За ставнею забытый,
мир есть или погас?
– Любимая… любимый…
И тёплый свет из глаз.
2
Нет, сердце не стареет;
не прячась стороной,
большою птицей реет
в стихии роковой.
Спасибо – не любила.
Пусть дальше только мгла –
познать свои глубины
ты сердцу помогла.
Памятник
Привыкли голуби к Вургуну,
летят к нему со всех сторон
и песни нежные воркуют
на языке своём родном.
И мнится – то стихи Самеда,
их голубиный перевод;
и вот они за стаей следом
вспорхнули в яркий небосвод.
Всё правильно идёт на свете:
цветенье бронзы, пламя плит.
В зените солнце, нету смерти
и песня в небесах звенит.
О счастье
«Вы тут счастливые, у моря, –
вздохнёт приезжий сибиряк
и в волны плюхнется: «Ништяк!..
Любое горе тут – не горе».
О том, что солнце в мире – данность,
не сомневаешься, пока
прожарены в песке бока.
Он позвонит из Магадана:
«У нас погоду крутит бес,
и муть-тоска, и беспросветно…»
Но медлю, медлю я с ответом…
Признаться ль – житель здешних мест,
в которых солнце неугасно –
что окунуться в плеск и блеск
не удосужился ни разу?..
О свободе слова
Мелет мельница слова –
Всё полова, трын-трава…
А когда-то за слова
С плеч летела голова.
* * *
Как в мире можно быть несчастным?
В Божественной задаче частной
Ты удостоен высшей чести
И выступаешь как участник.
* * *
День, полный песен и забот,
умчался прочь;
блистает звёздный небосвод,
но ямой – ночь.
я перед Ним наедине,
просвечен весь:
в душе, на самой глубине,
хоть что-то есть?..
|
|
