|
Литературно-художественное наследие одного из ярких и самобытных представителей азербайджанской литературы XX века Юсифа Везира Чеменземинли (1887–1943) требует к себе чуткого исследовательского отношения и объективной оценки.
Как известно, немаловажное значение в деле изучения творческой личности приобретают дневники и воспоминания. Дневники Ю.В. Чеменземинли служат ясным зеркальным отражением души и умонастроений противоборствующего человека с трагической творческой судьбой. Дневниковые записи – страницы многотрудной жизни человека, не лишенного «мечтательности души и меланхоличности размышлений», как он сам выражается, однако наделенного самокритичностью и целеустремленностью, склонностью к самоусовершенствованию.
«Живу на той же квартире. Сильно предаюсь занятиям: в сутки меньше десяти часов не занимаюсь. Все твержу: Цель или смерть! … Ради правильного стремления к цели, я пойду против всяких естественных потребностей и накажу себя строгой теорией аскетизма.
Для борьбы с отрицательными чертами моей натуры, я призываю на помощь волю, которая бы имела титаническую силу. Да будут уничтожены все пороки!!!»
Неустанная жажда познания и борьба определили девиз жизни писателя.
«Среди трудов науки, мучений жары и всевозможных лишений все гордо повторяю: Возьмет верх не слезливость, а борьба!»
Личное счастье Юсиф Везир не мыслит без служения народу.
«Славная деятельность – вот что я хочу от жизни. А таковая может быть только в связи с народной волей и на благо народа. Слава – корона жизни. Настоящая слава неподдельна; она результат могучего ума, могучей отваги и вдохновенного порыва».
Все высказывания и умозаключения Ю.В. Чеменземинли ярко характеризуют его как человека, осознающего свою миссию в жизни, любящего свой народ и свою родину.
Дневниковые записи Ю.В. Чеменземинли ярко отражают все богатство интересов и мироощущения писателя и показывают нам широту его творческого диапазона, масштабность мировосприятия.
«Сильно увлекаюсь литературой. Хочется изучать европейских классиков и новое направление, чтобы привить на мусульманской почве. Я чувствую в себе талант писать, и окружен богатыми источниками, откуда могу черпать сколько угодно сюжетов для своих рассказов».
Одним из таких рассказов является неопубликованный рассказ Ю.В. Чеменземинли «Холодный поцелуй», главная героиня которого по своему характеру напоминает автору «парижскую Нана» Э.Золя.
Богатый жизненный опыт, широта познания, эрудиция и высокий интеллект предопределили творческую судьбу талантливого азербайджанского писателя, придерживающегося западно-восточной ориентации духовного развития и творчества.
Не случайно вот уже несколько лет имя Ю.В. Чеменземинли часто упоминается на страницах бакинских газет и журналов, в литературно-общественных кругах, а также в телевизионных передачах в связи с романом «Али и Нино», завоевавшим широкую известность и популярность теперь уже не только в Европе, но и во всем мире. Известны две версии, связанные с авторством данного произведения. Согласно первой – автор не вымышленное, а реальное лицо – некий Л.Нуссенбаум,«уроженец Баку», который в 30-е годы жил в Вене и был тесно связан там с литературно-общественными кругами. Позднее он скрывался от нацистов в Швейцарии, а в 1940 году умер в Италии.
Сторонники же второй версии придерживаются мнения, что автор романа – писатель Ю.В. Чеменземинли, который, будучи в Париже, подписывал свои статьи псевдонимом Гурбан Саид. Это версия строится на основе автобиографических данных репрессированного азербайджанского писателя, который был активным участником Азербайджанского Парламента, членом АДР, и долгое время ему приходилось потом скрываться и скитаться, жить вдали от родины.
Вполне допустимо, что рукопись рассказа «Холодный поцелуй» Ю. Везира Чеменземинли по стечению обстоятельств могла оказаться у Л. Нуссенбаума, покинувшего свою родину в 1925 году, т.е. в то время, когда Ю.В.Чеменземинли возвращался домой из Франции. Факт тот, что история неудачной любви мусульманина и христианской девушки, лежащая в основе рассказа «Холодный поцелуй», использована автором романа «Али и Нино» как главная сюжетная линия.
«Последнее и веское слово» в защиту авторства Ю.В. Чеменземинли высказал профессор Ш. Джамшидов, выступивший в газете «Элм» с серией статей, посвященных проблеме авторства романа «Али и Нино». Однако «истина», представленная им, как опровержение необоснованных и огульных утверждений «знатоков азербайджанской литературы», опирающихся на «переписку и высказывания очевидцев-современников выдающегося азербайджанского писателя XX века – Мухаммеда Асад-бека», нуждается в некоторой корректировке. «Истина, – как утверждает профессор Ш. Джамшидов, – заключается в том, что Гурбан Саид это Чеменземинли. Асад-бек это не Гурбан Саид».
Рассказ «Холодный поцелуй» является первичным оригинальным вариантом романа «Али и Нино», – пишет он, ссылаясь при этом на богатый архив Ю.В. Чеменземинли, который хранится в Институте Рукописей имени Физули, где среди прочих его рукописей находится и рукопись рассказа «Холодный поцелуй».
Это действительно автобиографическое произведение о неудачной любви молодого человека по имени Али хан и барышни N., написанное на русском языке в форме дневниковых записей, дающее нам основание пересмотреть вышеподчеркнутое нами определение Ш. Джамшидова и выдвинуть вместо него идею о причастности Ю.В. Чеменземинли к роману «Али и Нино», поскольку главный герой, от лица которого ведется повествование, очевидно, сам автор, т.е. Юсиф Везир, который в студенческие годы учебы в Бакинском реальном училище в 1907-1908 годы, писал свои статьи и фельетоны за подписью «Али» и «Али хан». Так зовут и главного героя романа «Али и Нино», в конце которого выясняется, что он является изложением дневника, найденного в кармане погибшего героя. Прототипом же Нино является Нина – девушка, которую любил Юсиф Везир в период учебы в реальном училище.
Примечательно, что рассказ Чеменземинли состоит из пролога, основного содержания и эпилога, что говорит о предполагаемом авторском замысле – развернуть данный рассказ в более широкое повествование – повесть или роман.
В целях аргументации нашего довода о причастности Ю.В. Чеменземинли к роману «Али и Нино», мы решили обратиться непосредственно к самому тексту романа (в переводе на русский язык Мирзы Гусейнзаде) и произвести герменевтический анализ неоднозначного для восприятия художественного творения.
Роман, начинающийся с дискуссии на уроке географии о месторасположении Баку, что, как выясняется из замечаний профессора Санина – преподавателя русской гимназии, зависит от самих учеников, причислят ли они свой город к прогрессивной Европе или же отсталой Азии, проникнут целиком склонностью автора к противопоставлению Европы с Азией, причем выражено явное предпочтение автора прогрессивной Европе.
Думается, что «история любви двух молодых людей – Али и Нино, оказавшихся в водовороте исторических событий, изменивших облик Кавказа в начале XX века», не случайно вызвала большой интерес у европейского читателя, нашедшего в лице автора своего единомышленника и друга.
Али хан – главный герой романа «Али и Нино», рассказывает «самой красивой в мире девочке Нино Кипиани» о сражении, состоявшемся на уроке географии, на что его избранница отвечает: – «Слава Богу, что мы в Европе. Будь мы в Азии, мне давно следовало бы надеть чадру, и ты никогда не увидел бы моего лица».
В романе «Али и Нино», как и в рассказе «Холодный поцелуй», герои обычно встречаются у бакинской крепостной стены, служащей границей между новым и старым Баку – Ичери Шехер. Высокая гражданственность характеризует Али хана Ширваншира, она начинается с любви к своему дому, родному городу.
«Я захлопнул книгу и вышел из комнаты. Прошел по узкой веранде, поднялся на плоскую крышу и взглянул на мир, расстилающийся у моих ног: мощные крепостные стены Ичери Шехер, развалины дворца с сохранившимися на камнях арабскими надписями, узкие улочки, по которым шли верблюды. А вот возвышается круглая, массивная Девичья Башня. У ее подножия суетятся проводники. Чуть поодаль, за Девичьей Башней распростерлось море – свинцовое, неподвижное Каспийское море. Вдалеке вдоль берега тянулась степь – мрачные скалы, пески и колючки – прекраснейший в мире пейзаж, спокойный и непоколебимый.
…Я любил это ровное море, любил степь и лежащий у моих ног древний город.
Суетливые, шумные люди, которые приезжали сюда в поисках нефти, обогащались, но уезжали, потому что не любили этой степи».
Главные герои романа Али хан и Нино – азиат и европейка, истинный мусульманин и христианка, носители разных религиозных убеждений, национально-этнических и психологических качеств, которым присущи и неодинаковые, порой противоположные суждения, помыслы и умонастроения, взгляды на жизнь и пр.
К примеру, герои спорят о чадре и гареме.
Нино, придерживающаяся европейской ориентации, с отвращением относится и к гарему, и к чадре.
«– А как твой дядя и его гарем? – спросила Нино.
Я сделал серьезное лицо. Все, что касается гарема, обсуждению не подлежит. Но перед беззаботным любопытством Нино отступали все нравственные требования Востока. Я коснулся ее мягких черных волос.
– Гарем моего дяди собирается вернуться на родину. Странно, но, кажется, западная медицина помогла жене дяди. Хотя пока особых признаков не видно. Но дядя очень надеется.
– Все это отвратительно, – проговорила Нино, по-детски наморщив лоб. – Мои родители категорически против этого. Гарем – это позор, – она говорила тоном зубрилы, отвечающей урок.
– Нино, будь уверена, у меня гарема не будет, – прошептал я, касаясь губами ее ушка.
– Но уж под чадрой ты свою жену точно будешь прятать!
– Если того потребует обстановка. От чадры много пользы. Она прячет женщину от солнечных лучей, от пыли, чужих взглядов.
– Ты всегда будешь азиатом! – покраснев, воскликнула Нино. – Чем тебе мешают чужие взгляды? Что с того, что женщина хочет понравиться и другим?
– Женщина должна стараться нравиться только своему мужу, а не чужим .»
Однако несовместимые мироощущения Али хана и Нино не служат серьезным препятствием на их жизненном пути. Влюбленные, преодолевая все преграды и трудности, создают семью и вступают в новую жизнь.
Идет русско-турецкая война. Турция в опасности. Ей угрожает Российская империя. Герои, сами того не желая, втянуты в политическую жизнь страны. Они охвачены ужасом войны, эхо которой коснулось и их окраин. В романе находят отражение идеи национальной независимости и возрождения, которые вложены в уста Фатали хана Хойского, премьер-министра Азербайджанского национального государства, юриста по образованию. Будучи членом Национального Парламента, он умел трезво оценивать самые кризисные и затруднительные обстоятельства и ситуации.
Герои романа осуждают и клеймят чужеземцев, вступивших на их родную землю и хищнически истребляющих ее природные богатства. Мухаммед Гейдар, один из таких героев, в отчаянии даже предлагает разжечь большой костер и в огне пожарища уничтожить все нефтяные скважины, как причину всех бедствий народа, а вместо них воздвигнуть храмы с голубыми куполами, а также вспахать и засеять всю освобожденную землю.
Даже сугубо семейно-бытовые оценки и эпизоды в романе подчинены более важному историческому ходу событий, от которых зависит судьба нации. Обратимся к такому эпизоду, когда молодые супруги Али хан и Нино приезжают летом на отдых в его имение, расположенное в Гяндже, где более спокойная и умиротворенная обстановка.
«– Али хан, – размышляет Нино, лежащая на лугу рядом с ребенком, – эта «игрушка» моя. Следующий раз будет мальчик, его возьмешь себе ты. Потом она стала подробно излагать будущие планы своей «игрушки» и в этом плане теннис, Оксфорд, французский и английский языки … полный европейский образец.
Я умолк, так как «игрушка» была еще очень мала, и на пограничной станции Ялама стояло тридцать тысяч русских войск».
Это стиль изложения и манера письма Чеменземинли,в чем нельзя усомниться,если обратиться к историческим романам писателя. Он писал языком,украшенным «легким юмором»,как сам выражался. В романе много места уделяется вопросу женской эмансипации, ее оценке, сравнительной характеристике образа жизни западной и восточной женщины. Али хан порой пытается разобраться в себе самом, в женщине – своей избраннице, такой раскованной, открытой и, более того, инаковерующей. И оказывается, что все это очень сложно и непостижимо, как сама жизнь.
Как-то перед женитьбой Али хан беседует со своим отцом, который, наставляя сына, высказывает такую мысль, что мужчина не должен любить свою жену, он может любить родину, борьбу и сражение за ее освобождение и т.п. Возможно, и память предков заговорила в Али хане, когда он, оставив любимую жену, бросился защищать свою родину, во всяком случае, любовь к родине оказалась сильнее.
Недаром азербайджанский писатель (имеется в виду Ю.В.Чеменземинли, заложивший основу романа «Али и Нино» – А.Ф.) проводит своего героя сквозь тяжелые бои и испытания в борьбе за освобождение родины, изображает его непоколебимую стойкость и мужество. В Али хане много черт и качеств, роднящих его с Чеменземинли. Это прежде всего любовь к родине, начинающаяся с порога отчего дома, родного края, города, почитание своих предков, чувство гражданского долга перед своим народом и родиной, тесная связь с АДР, национально-освободительные идеи, объединяющие их. Спокойная и размеренная жизнь в Иране пугает Али хана и он с ужасом предвидит свою судьбу, уготовившую для него в Иране тяжкие испытания: Любовь к Нино, зародившаяся в Баку, часто ассоциируется с глубокой привязанностью и любовью к своему родному городу.
« И вдруг я отчетливо осознал, что для меня нет на свете ничего роднее и дороже смеющихся глаз Нино. Когда эти глаза улыбались в последний раз? В Баку у Крепости? Как давно это было! Я почувствовал звериную тоску по Баку, его пыльным крепостным стенам, солнцу, заходящему за горизонт. Я явственно услышал, как у ворот Боз Гурд («Волчьи ворота» – А.Ф.) воют шакалы (кстати, шакал – это не волк, который является священным прародителем древних тюрков; таких ошибочных,тенденциозных или извращенных привнесений немало,что ярко свидетельствует о вольном отношении автора,в частности,к национальным корням,национальным традициям,обычаям и национальной культуре – А.Ф.), задрав к луне морды. Ветер принес на бакинские пустоши песок степей. Песчаный берег покрыт пятнами нефти… Я звал Родину, как дитя зовет свою мать и понял вдруг, что этой Родины больше не существует. Я ощущал чистый, степной воздух Баку, слабый запах моря, запах песка и нефти. Я ни за что на свете не должен был покидать его. Этот город дарован мне Аллахом! … Я не могу строить Иран. Мой кинжал наточен о камни бакинской Крепости».
Не случайно Али хан Ширваншир с гневом воспринимает сообщение в газете о своем назначении на новую должность атташе министерства иностранных дел в парижском консульстве. Из последующих событий мы узнаем о том,как Али хан,отважный защитник своей родины,отвергнув совет своего друга Ильяс бека уехать в Иран или же в Европу, геройски погибает в бою за несколько дней до падения Азербайджанской Демократической Республики. Семейный союз Али хана и Нино, являющийся воплощением и симбиозом двух противоположных и противопоставленных в романе миров (азиатского и европейского), символизирует начало единения и взаимопонимания двух независимых мировосприятий, открывающего широкие возможности для межнационального общения и диалога.
Таким образом, в пределах возможного текстологического анализа романа «Али и Нино» мы попытались выявить тот пласт художественного повествования, который соответствует национальному духу, мировосприятию и мировоззренческим тенденциям Ю.В. Чеменземинли. «Магическое» (Ш.Джамшидов) воздействие данного художественного произведения на современного читателя, захватывающий сюжет и фабула романа обеспечили ему грандиозный успех среди мировой общественности.
В романе, как известно, представлена азербайджанская (восточная) среда и азербайджанская действительность. Однако его автор Л.Нуссенбаум, принявший мусульманство и, якобы, титул Асад-бека и загадочный псевдоним Гурбан Саид, наводящий нас на определенные размышления, действительно, как отмечает профессор Ш.Джамшидов, «полностью исказил и опозорил в глазах европейского читателя национальный образ азербайджанского народа, более того местами опошлил свадебные и похоронные обряды, национальную музыку, ашугское творчество, религиозные обычаи и традиции, проявив себя как недостойный и неблагодарный сын своего отечества». В романе наблюдается нарушение и извращение нравственно-этических, национально-культурных и религиозных ценностей азербайджанского народа, дана ложная, выдуманная и арменизированная информация о Карабахе и Шуше – родине Ю.В. Чеменземинли. И в таком освещении, безусловно, роман, каким бы успехом он ни пользовался, не делает чести ни азербайджанскому народу, ни его писателю. Асад бек (Л. Нуссенбаум), считавший себя немецким писателем, как явствует из «Истории моей жизни», изданной в Германии, и испытывавший сильное влечение и тягу к Европе, к ее необычайной величественности и блистательности, вряд ли станет говорить о достоинствах Азии и Востока, напротив, он будет всячески принижать и умалять их значение, чтобы понравиться европейскому читателю. На наш взгляд, роман «Али и Нино» нуждается в строгой и серьезной переоценке. В нем явно прослеживаются и присутствуют два пласта, как заключающие в себе недостойности и искажения,так и высокие идеи и мотивы, сохранившиеся в нем незыблемые страницы жизни и творчества выдающегося азербайджанского писателя Ю.В. Чеменземинли, которые должны быть учтены и оценены по достоинству. Прослеживаемые нами пласты явно противоречивы, и для азербайджанского читателя они видимы и значимы. Автор романа «Али и Нино», ориентируясь на европейского читателя, не стал утруждать себя этими обстоятельствами, он смело решил сохранить в нем и чуждые для себя патриотические устремления, национальный характер и национальный дух, нашедшие свое яркое воплощение в главном герое Али хане, хотя они абсолютно не укладываются в параметры авторского мировидения, он просто далек от таких понятий. А без полнокровного образа Али хана, разумеется, роман не состоялся бы.
Таким образом, сознательно или подсознательно, но дань памяти Ю.В.Чеменземинли все же состоялась.
|
|
